«Россия может стать для Запада поставщиком детских органов»

Никогда нельзя опускать руки, тем более, что законопроект «Об охране здоровья граждан в Российской Федерации» вступит в силу закона только после того, когда его одобрит Совет Федерации и подпишет Президент. Я думаю, что вообще никогда не следует опускать руки, если мы считаем, что отстаиваем правду. Я полагаю, что руководство страны было введено в заблуждение. Дело в том, что председатель Комитета Госдумы по охране здоровья Ольга Борзова официально заявляла, что практически всё согласовано и все рациональные поправки инкорпорированы в текст законопроекта. С одной стороны, идет дезинформация, с другой стороны идет замалчивание событий.

Например, об акции Всероссийской голодовки практически не сообщалось в Интернете, не писали и печатные СМИ. А это беспрецедентный случай в последнее время, чтобы по поводу принимаемого закона устраивалась голодовка. О голодовке, правда, упомянули коммунисты, но они также не смогли толком донести до других депутатов Госдумы, чем людям не нравится законопроект. Кроме того, есть заинтересованность лоббистов, которые много лет продвигают эти вопросы. Например, проабортное лобби, позиции которого очень сильны во власти, устраивало мощную кампанию давления, протестуя даже против малейших ограничений. 150 организаций, в том числе и зарубежных, приняли обращение к законодателям, чтобы те не лишали женщин права выбора, права на аборт. А речь шла всего лишь о «неделе тишины». То есть даже малейшие подвижки в сторону защиты жизни нерожденных детей вызывают бешеное сопротивление. 

Наши геополитические противники стараются дестабилизировать ситуацию в России всякими разными способами, вызвать волнения, беспорядки и смену власти. Каспаров, например, недавно уже напрямую призвал Запад бороться с «ненавистным режимом» в России. Поэтому я не исключаю того, что продавливание таких законопроектов, игнорирование мнения патриотической и православной общественности имеет, в том числе, своей целью озлобить людей, вывести их на какие-то акции неповиновения, восстановить их против власти, показав, что власть виновата в принятии таких решений. Я думаю, здесь возможна многоходовая комбинация, которую мы видим на примере других законопроектов, например, в сфере образования и ювенальной юстиции, где действуют те же силы. Понятно, что безнаказанно долго игнорировать мнение большого числа людей у них не получится.

Православные организации возражали против абортного законодательства, требуя защиты жизни. Даже многие нерелигиозные люди хотят ограничить свободу абортов, снизить допустимый срок. О полном запрете речи пока вообще не идет. Инициатива Мизулиной о сроке проведения абортов до 8 недель даже не рассматривалась.

Законопроект «Об охране здоровья граждан в Российской Федерации» вводит принудительную стерилизацию и принудительные аборты по решению суда для лиц, признанных недееспособными. Это вообще фашистская норма, осужденная Нюрнбергским процессом. Об этом много говорили патриотические организации, писали письма.

В законопроекте предусмотрена возможность медицинского вмешательства для детей с 15 лет без ведома родителей. То есть детям предлагается самим решать вопросы своего здоровья, в том числе им предоставляется право на аборт. Минздрав даже давал разъяснение, что эта норма соответствует международным нормам, что в некоторых странах дети с 12 лет самостоятельно решают вопросы своего здоровья. Попутно замечу, что в этих некоторых странах (например, в Швейцарии) начали выпускать презервативы для 12-летних подростков, чтобы они совсем уж беспрепятственно «решали вопросы своего здоровья». Я только никак не могу понять, до каких пор мы будем оглядываться на эти страны? Идеологи детского разврата, разрушения семьи и сокращения «лишнего населения» уже давно декларировали, что ребенок должен иметь право на сексуальную жизнь с пятилетнего возраста (а кое-кто говорил, что и раньше), и последовательно идут к заветной цели. Но я убеждена, что подавляющее большинство в нашей стране не считает такую цель заветной.

Данный проект закона легализует донорство детских органов. Одновременно с этой нормой определяется диагноз смерти для детей как диагноз смерти мозга, в таком случае диагноз «смерть» ставится тогда, когда у человека еще работает сердце. Законопроект фактически предоставляет возможность еще живого человека объявить умершим и изъять у него органы. Этот законопроект производит революцию в этой области, поскольку ранее в России не разрешалось донорство детских органов. Кроме того, не стоит забывать, что критерий «смерть мозга» недавно введен в медицине. Ранее известна была только биологическая смерть, критерии ее диагностики устанавливались веками, и лишь когда стала развиваться трансплантология, ввели диагноз «смерть мозга», который позволяет еще живого человека официально признать мертвым. Этот диагноз был введен потому, что для пересадки нужны живые органы. В 90-е годы диагноз «смерть мозга» стали ставить взрослым людям, а теперь предлагается распространить его и на наших детей. Врачи говорят о большом проценте ошибок при постановке такого диагноза. В проекте закона сохраняется презумпция согласия гражданина на посмертное изъятие органов и тканей». Это означает, что человек должен до своей смерти заявить о своем несогласии на изъятие у него органов и тканей, а если он не заявил о своем несогласии в силу, например, просто незнания этой нормы, то у него могут изъять без спросу органы.

В большинстве же так называемых развитых стран действует модель «испрошенного согласия», когда изъятие органов и тканей допускается только при условии, что человек сам при жизни или его ближайшие родственники в явной, то есть письменной, форме дали такое согласие. Выражаются серьезные опасения, что законопроект не предусматривает ограничения круга медицинских организаций, которые могут заниматься деятельностью, связанной с трансплантацией органов или тканей, и не содержит четких требований, предъявляемых к таким организациям. Это дает возможности для коммерциализации сферы трансплантологии и широкие возможности для злоупотреблений в данной области.

В результате вполне вероятен сценарий, что Россия станет для Запада поставщиком не только природного сырья, но и «человеческого материала» - органов и тканей. Правда, надо отдать должное, что в отношении детей до 18 лет, согласно законопроекту для посмертного изъятия их органов пока все-таки требуется испрошенное согласие от одного из родителей или опекунов. Но и тут возникает множество лазеек. Предположим, родители разведены, и один из них пьяница, который не заботится о ребенке. Не исключено, что такой родитель даст «испрошенное согласие», тем более, если ему предложат за него энную сумму денег. Совершенно непонятно, кто должен давать согласие на изъятие органов и тканей у детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Тут возможны злоупотребления со стороны опекунов или администрации сиротских учреждений. Если норма, разрешающая изъятие детских органов, останется в законе, то легко просматривается следующая цепочка действий. В России сейчас под разными предлогами стараются собрать максимальную информацию о здоровье детей, чему немало способствуют так называемые «паспорта здоровья школьников», «паспорта репродуктивного здоровья» и т.п. Далее ребенок «под заказ» изымается из семьи, объявляется оставшимся без попечения родителей, их обвиняют в ненадлежащем воспитании, сопряженном с жестоким обращением, или в насилии над ребенком и лишают родительских прав. Дальше с ребенком случается ЧП, и администрация дает согласие на изъятие его органов. Самое страшное заключается в том, что все это можно будет проделать совершенно законным образом, если данный законопроект будет принят. Учитывая коррупцию в сиротских учреждениях и моральную деградацию нашего общества, сейчас нельзя допускать легализацию изъятия детских органов. Нельзя в принципе! Тут возможны страшные, тяжкие и непоправимые злоупотребления.

Еще одно возражение православной общественности против законопроекта касается суррогатного материнства. В России в ельцинское время оно уже было легализовано, опять-таки в отличие от многих «развитых стран», на которые в данном случае нас почему-то не призывают равняться. Однако родившей женщины предоставлялась хотя бы теоретическая законная возможность оставить ребенка себе, потому что за время вынашивания она могла к нему привязаться и полюбить. Принимаемый законопроект лишает женщин и этой возможности. Прогнозируется, что в результате в нашей стране может возникнуть такая страшная форма преступности, когда молодые здоровые женщины будут похищаться и принуждаться к вынашиванию чужих детей, на которых они, по нашим законам, уже не будут иметь вообще никаких прав. По сути, это будет разновидность рабовладения. На наш взгляд, суррогатное материнство не должно быть разрешено, так как оно является извращением материнства как такового. Суррогатное материнство превращает женщин в инкубаторы, в машины по производству детей. Это извращенная практика не учитывает ни чувства женщины, ни чувства ребенка, у которого они формируются на бессознательном уровне в младенчестве. В результате этой практики вероятны серьезные психические проблемы у ребенка.

Есть и другие возражения против законопроекта, но думаю, как говорили древние, сказанного довольно.

Татьяна Шишова, специалист по ювенальной юстиции, сопредседатель Общественного комитета в защиту семьи, детства и нравственности, член правления Российского детского фонда, писатель и педагог, специально для «Русской народной линии»